О МАТЕРИАЛЬНОМ ВОПРОСЕ

О МАТЕРИАЛЬНОМ ВОПРОСЕ (Подражание Гурджиеву). Анекдот, почти притча. Положили в психушку больного, который думал, что он пшеничное зер-но. Лечили его, лечили - вылечили. Собирают комиссию: _Ну как, ПетровСидор Сидорович, вы уже знаете, что вы не пшеничное зерно?_,- _Конечнопрофессора, большое спасибо, вы меня вылечили, теперь я точно знаю, чтоя не пшеничное зерно, а Петров Сидор Сидорович_.- _Поздравляем Вас,всего доброго, желаем счастливой жизни, трудовых успехов, здоровогопотомства_. Выходит. Через пятнадцать минут врывается обратно к врачу сужасным криком: _Профессор! Там во дворе петух!_- _Ну и что, вы жетеперь знаете, что вы не пшеничное зерно_.- _Я-то знаю, а петух-то нет_. * * * Вопрос о взаимоотношении денег и духовности всегда интересовалмногих, но в последнее время он возникает особенно часто. Духовность во все времена большей частью существовала на подаяние.В различных культурах по-разному, но общество всегда осознавалонеобходимость существования людей, которые профессионально занимаютсяпроблемами духовности. Наше время особенно тяжело для культуры, потомучто традиции содержания духовного сообщества нет ни у государства, ни вобществе. И когда представители той или иной духовной традиции пытаютсяжить по классическому образцу, то есть на подаяние, то из этого ничегоне получается, по той простой причине, что никто не подает. В духовных традициях, существующих в наше время в открытом социуме,возникает жизненная необходимость решать вопрос о том, на какие средствабудут существовать все те же структуры, которые обеспечиваютсуществование традиции на первом уровне. В связи с этим необходимо понять простую вещь: любое духовноезнание, передаваемое традицией, содержит в себе два компонента. Первый -это практика, второй - это постижение. Практика в данном случае служиткак бы инструментальной подготовкой для того, чтобы стало возможнымпостижение. Наличие практики в духовном знании дает возможность, неразрушая духовные структуры, а, наоборот, развивая их, решать духовныепроблемы. В нашей традиции мы говорим о том, что практика должна способ-ствовать раскрытию и развитию сущности человека. Практика оченьмногообразна и потому дает возможность включить каждого идущего по путичеловека в такого рода деятельность, которая, развивая его сущность,будет еще и обеспечивать его, и не только его, материальноесуществование. Если человек этот достаточно искусен и обладаетопределенными способностями, то это будет давать возможностьосуществлять и ту деятельность Школы, которая требует материальныхзатрат. В чем сложность? Сложность состоит в том, что вначале большинстволюдей приходит в традицию как в убежище. А что такое убежище? Убежище -это упрощенная модель жизни. Убежище, прежде всего, служит людям,которые не справились с трудностями реальной жизни, не смогли справитьсяс проблемами, с которыми сталкивается человек в реальной жизни, и потомупытаются найти для себя более простую модель, и находят ее, как правило,в каком-либо духовном или религиозном убежище, где микросоциум органи-зован так, что модель жизни упрощена, следовательно, упрощены критерии,оценки, групповой идеал, т.е. весь процесс социальной динамики сведен кочень простой, структурно ясной формуле. Идеологически эта формулаобычно подкрепляется возвышенной, в самом хорошем смысле, идеологиейдуховного характера. Таким образом, убежище выполняет свою роль, обеспе-чивая людей психологической и социальной защитой. Естественно, чтоубежище, в лучшем случае, может существовать на самоокупаемости, что то-же бывает довольно редко. Дело в том, что в убежище человек приходит не работать. Примеромтому распространенные сейчас по всему миру коммуны, например,раджнишевские, которые обеспечивают свое существование только потому,что получают материальную поддержку извне; кроме того, простыехозяйственные обязанности выполняются у них или по очереди, либо темилюдьми, которые не в состоянии заплатить за свое пребывание в коммуне.Когда мой товарищ ездил в Голландию к раджнишевцам, он работал тамуборщиком. Это занимало у него не много времени, но это была плата зато, что он посещал там различные курсы. Это одна сторона дела. Вторая сторона состоит в том, что для того,чтобы осуществлялась практика, нужно получать специальные знания. Втрадиции существуют люди, которые, в силу своей устремленности, достиглипрофессионального уровня, постигли профессиональные знания и умения и всостоянии обучить этому других. Естественно, труд таких людейобязательно должен быть оплачен, потому что деятельность по обучению неявляется духовной обязанностью. Ни в одной духовной традиции духовное обучение не является обя-занностью. Я знаю много примеров, когда мастера и учителя духовныхтрадиций уходили из этого мира, так и не встретив того единственногоученика, которому они могли бы передать то, что действительно являетсяэзотерическим, то, что действительно передается только из уст в уста иопределенным образом. Ученик, обращающийся к учителю с вопросом: _Почемувы у меня берете деньги, если у нас уже духовные отношения?_, тем самымдает Учителю право на адекватную реакцию: _А почему ты не служишь? Тогдаслужи мне, как положено ученику_. Деньги в данном случае являются облег-чающим моментом. Они делают процесс обучения более светским, менеетрадиционным и менее обременительным для ученика. Мой мастер говорил:_Деньги - это пакт_. Деньги - это эквивалент той энергии, которую ученикдолжен был бы затратить впрямую на непосредственный процессвзаимодействия с учителем. В данном случае он где-то их зарабатывает,приносит и рассчитывается, и остается в рамках передачи знаниятехнического характера, т.е. знания, относящегося к практике, но неотносящегося к постижению. Знание, относящееся к постижению - это знание другого уровня взаи-модействия между носителем знания и ищущим знание. Большинство людей таки задерживаются на фазе получения технических знаний, поскольку это ихвполне удовлетворяет. Таким образом, между убежищем и работниками Школысуществует промежуточный слой или, как говорили в старину, _внешнийдвор_. Это люди, которые платят за обучение техническим знаниям иумениям и таким образом тоже создают возможность материальногосуществования самой традиции. И _средний двор_ - это работники Школы,люди, которые приняли для себя, что Школа является основным занятием ихжизни. Эти люди должны уметь все. В принципе они должны уметьпередвигаться по социальной лестнице в любую сторону - от банкира до де-ревенского сумасшедшего. Они должны уметь принимать любую форму, игратьв любую социальную игру и выигрывать, они обязаны быть социальноэффективными. Традиция, существующая в открытом социуме, не можетсуществовать без профессионалов, могущих быть социально эффективными.Это же имеет в виду Гурджиев, когда утверждает, что если ученик не можетнайти деньги для того, чтобы выполнить задачу, поставленную учителем, неможет просто доехать до учителя, живущего далеко и быть с ним скольконужно, то он просто несостоятелен в своей устремленности. Он не можетсправиться с обязанностями, обычными для простого человека. Эффективносправиться. Если он не способен на это, то он тем более не будет всостоянии эффективно справляться с куда более сложными обязанностямипрофессионального работника традиции. Во много раз более сложными. Икогда он, не справляясь, начинает предъявлять претензии, то ему нужносказать: _Ищи другую традицию, лучше закрытую, где есть монастырь,ашрам, там ты тоже будешь работать, но там ты будешь делать простую иясную работу. Там тебя, к примеру, обяжут каждый день подметать двор, аза это тебя будут кормить и обучать_. Там тоже очень строго, но тамзакрыто, там не надо быть эффективным за пределами стен монастыря илиашрама. Традиция, которая работает в открытом социуме, держится преждевсего на людях, профессионально работающих на традицию, на людях,которые профессионально выигрывают у социума. Эти люди растождествленысо своим инструментом, потому что они растождествлены с социальными ме-ханизмами, потому что они видят, понимают эту игру, умеют в нее сыгратьпо всем правилам и наполнить ее при этом своим содержанием. Тогда они всостоянии зарабатывать средства для решения Школой все более и болееобъемных и сложных задач. Например, расширения, распространения своеговлияния на более широкую территорию или просто выживания в такихусловиях, когда для духовной традиции это кажется почти невозможным.Очевидно, что практическое решение такой задачи, как жизнь традиции воткрытом социуме, в наше время невероятно трудное, т.к. традиция должнане просто выжить, она должна остаться живой. Для этого она должна иметь,кроме убежища, ищущих, еще и круг работников. На что живет большинствооткрытых традиций? Практически они получают средства извне. Они непечатают, не издают те книги, которыми торгуют, не вкладывают в этосредства. Но рано или поздно им придется решать задачи материальногообеспечения. Для этого у них такая жесткая структурная организация,иерархия. Они копируют иерархическую социальную модель. Традиции типасект всегда построены по иерархическому принципу. Наша традиция имеет только профессиональную иерархию. Мы не можемсебе позволить иметь социальную иерархию, потому что та часть знания,которая является истинно постижением, не может входить в преподавание,она не может быть изложена на занятиях и лекциях. Это процесс, которыйпроисходит другим, более тонким путем, для которого мы просто создаемусловия. Возможность создавать эти условия должна существовать и должнабыть обеспечена именно внешним, материальным аспектом для того, чтобычеловек, который, двигаясь по пути практики, начинает пробуждаться, имелвозможность получить также и пищу для постижения. Но сама пища дляпостижения не может быть товаром. Это простой и ясный момент. Потому чтолюди, которые привыкли думать, что духовность - это бесплатное поощрениеза решение заняться ею, говоря старинным языком, попадают в лапыдьявола. Самое большое изобретение сатанистов состоит в том, чточеловеку кажется, что стоит ему сказать: _Я хочу заняться духовностью_,- как тут же ему вручат букет цветов, заиграет оркестр, его торжественновстретят, облачат в белоснежные одежды, будут бесплатно кормить,бесплатно учить, потому что иначе духовность погибнет. Отношение кдуховности как к дойной корове - это и есть, на мой взгляд, самыйнастоящий сатанизм. Если человек приходит в убежище - это другой вопрос. Он же не пре-тендует на постижение. Он просто хочет хорошего ясного _мы_, с ясными ичеткими отношениями, с определенным уровнем правды, с повышенным уровнембезопасности, со взаимными поглаживаниями, с повышенной самооценкой, ичтобы никто с него ничего не требовал, не _напрягал_. Но даже в убежище,если появляется человек, который хочет превратить убежище в секту, нужнопринимать меры, потому что это неверно в принципе, по существу. Есличеловек твердо уверен, что желание духовности уже заслуга, то он долженвыбирать путь одиночки. Ему традиция не нужна. Он должен сам постигать,своими способами. Самое дорогое - это то, что дается бесплатно. Я видел много компа-ний, где, используя иллюзию бесплатности, людей превращали впсихологических рабов. И они с такой радостью превращались в них, чтоэто уже было на грани преступления. А причина этого в том, что человекшел в убежище. Человек, идущий в убежище,- слабый человек, он с обычной-то жизнью не справляется. Он рад смириться и подчиниться, чтобы снять ссебя проблемы. А ему начинают эту всю _лапшу на уши вешать_. И врезультате, исходно стремясь к хорошему, он губит свою душу, потому чтопревращается в орудие чьих-то сил, вместо того чтобы развивать свою силув убежище, укрепляться и расти. Это нужно понимать четко и ясно. Иникогда не путать одно с другим. Хочется просто собраться и потрепаться- собрались дома, посидели, потрепались, поговорили, пообщались навозвышенные темы. Но когда мы начинаем создавать социальные структуры,когда мы начинаем вкладывать средства в помещения, в издательскуюдеятельность, еще во что-то, мы должны понимать, что деньги этизаработаны людьми, они не с неба упали. Никто еще из миллионеров илимиллиардеров не пожертвовал ни копейки на работу Школы. Вы должныпомнить, что если вы участвуете в работе, которая происходит в социуме,то это значит, что вы участвуете в работе по материальному обеспечению.Вы должны это помнить. Если вы не участвуете, то не следует предъявлятьпретензии, почему вас бесплатно никто не кормит. Накормит любой вашдруг, придите к нему домой, и он вас накормит, но структуры существуютдля другого. Мы из немногих традиций, которые выжили и существуют. Мы избежалисектантства; мы избежали введения жесткой иерархии, хотя много раз насна это провоцировали; мы избежали просто физического уничтожения. Мыработаем и делаем свое дело по всем линиям: от убежища до внутреннегокруга, от материального обеспечения до поисков, до объективаций. Этоочень трудная, очень сложная и требующая предельной четкости и ясностиработа. Никому ничего не досталось просто так. Я думаю, что это должнобыть понятно. Каждый должен начать прежде всего с себя. И для себя отве-тить на простой вопрос, но ответить на него честно: мне духовностьнужна, потому что я хочу спрятаться, и это вариант, и это достойно, ноэто другая система требований, поисков и выборов; или мне нужнадуховность, чтобы развиваться; или мне нужна духовность, чтобы в нейжить и работать. И тогда никогда не будет возникать путаницы и взаимныхпретензий. Многие из нас хоть немного, но вынуждены смотреть эти спектакли подназванием съезды, верховные советы и прочее. Чаще всего люди просто непонимают, что они там делают, что должны делать. Они предъявляют иногдатакие претензии, которые никакого отношения к ситуации не имеют.Запомните, что если вы действительно в рамках духовной традиции хотитестать работником, то прежде всего вы должны быть эффективны на уровнеобыкновенного человека в социуме. Конечно, это трудно, потому что наднами Закон, мы не имеем права его нарушать. В этом смысле мы более огра-ничены в выборе средств, чем люди, не имеющие никакого внутреннегозакона. Но зато мы имеем знания, которых нет у людей, над которыми нетЗакона. Мы должны быть эффективны в социуме. Эффективны по-своему. Необязательно стандартно эффективны. Мы должны уметь решать те задачи,которые ставит перед нами процесс обучения. Даже тогда, когда мы были вполуподполье, когда все это было запрещено, когда преследовалось, когдаприходилось жить на грани лишения свободы, мы находили способы неумереть с голоду, прокормить своих близких и друзей, которые оказывалисьв критическом положении. Находили средства доехать до мастера, жить унего сколько необходимо и учиться. Я в свое время изобрел профессию:интеллектуальная проститутка. За десять рублей, чашку кофе и бутерброд ятри часа отвечал на любые вопросы. А что было делать? Это понимание не-обходимости работы. Либо нужно найти способ собирать подаяние. Надоначать с себя, сначала быть эффективным самому. И если вы убедились, чтовы уже можете быть эффективным, тогда вы можете предложить свои услуги исказать: _Я могу быть эффективным. Давайте я буду участвовать хотя бы всреднем участке работы Школы_. Если вы чувствуете себя болееэффективным: _Давайте я буду работником. Я буду зарабатывать не толькона себя, но и на школьные дела, на решение школьных программ, наобеспечение всей этой сложной и многогранной деятельности_. Потому что,не имея коммерческих структур, так разговаривать будет просто смешно.Иначе мы должны стать такими жуликами, как Мун, обдуривать богатыхлюдей, вешать им _лапшу на уши_, чтобы они жертвовали нам деньги. Но вэтом нет никакой необходимости. Зачем, если мы можем сами зарабатыватьденьги. Нам ни одна копейка не упала с неба. И то положение, которое мыимеем сейчас - это результат двадцатилетней работы, усилий каждого, кточто-то умеет делать. Это тоже цена - вся предыдущая жизнь того, ктоумеет. И когда между школьными людьми возникают двусмысленные разговорывокруг этой темы, это говорит о том, что люди просто забыли, что этосложное целое, что оно включает в себя и уровень организации, которыйобеспечивает материальную, конструктивную часть существования; и уровеньфункционирования, который занимается распространением знаний в видетекстов, в виде подготовки инструкторов, в виде обучения людей самымосновам под названием ДФС; и уровень связи, различного родаобъективации, как наш театр. Это все в рамках огромного целого. И всеэто имеет определенный смысл, движение, развитие, являясь неотъемлемойчастью жизни всей традиции. И как может школьный человек не пониматьтого, что он должен быть эффективен социально, должен уметь работать изарабатывать, что он должен выигрывать в самых тяжелых, самых сложныхусловиях жизни. Уметь выигрывать, для того чтобы собой прикрыть хотя быпару людей, которые еще не умеют или уже не могут научиться этому. Естьже и такие люди. Слабые люди - это не отбросы какие-то. Они делятся снами своей чувствительностью, своими прозрениями, своими, пустьбезумными, но оригинальными идеями. Из всего этого и рождается жизнь. Ипросто недопустимым видится снисходительное отношение: раз слабый, тоникуда не годится. Он годится. На своем месте годится. Но если егонекому прикрыть, то он попадает в то же положение, что и в социуме. Еслиу него есть хоть какой-то духовный импульс, то почему мы не можем длянего создать, обеспечить и содержать убежище? И прикрыть своими плечамилюдей, которые не в состоянии вести социальную борьбу, но зато могутобогатить традицию другим. Такие люди тоже есть. Не все, конечно, станутпрофессиональными работниками, не все к этому предрасположены, хотят илиготовы. Это необходимо учитывать. Если бы вы были внимательны и всерьезинтересовались этой проблемой, изучали бы, как живут традиции в нашевремя (я имею в виду те традиции, которые живут честно, не на обмане, нена сдирании последней копейки с людей, которые ищут убежища и защиты, азарабатыванием) то вы бы поняли, что это очень сложно. В наших условияхэто сложно вдвойне. Как можно небрежно относиться к деньгам? Деньги -это магическая вещь, концентрат человеческой энергии, человеческоготруда. Неграмотно использованный рубль вас же потом и достанет. Этонужно уметь делать, в это нужно вслушиваться - так же, как во все, в лю-бое действие. Я это говорю для того, чтобы вы раз и навсегда осознали порочностьидеи бесплатной духовности. Духовность действительно бесплатна. Ееневозможно продать или купить, когда вопрос касается постижения,источник должен быть, чтобы каждый мог прийти и напиться. Но если речьидет о практике, о реальной жизни традиции в открытом социуме, обобеспечении самого факта существования традиции, необходимо помнить:чтобы этот источник был, его надо сделать, его надо поддерживать, егонадо чистить, в него откуда-то должна попадать эта самая вода. В товремя, когда вокруг разгул псевдомистики, псевдошаманства, псевдодухов-ности, псевдооккультизма, если мы не будем твердо стоять, то кто жебудет. Приезжает к вам заезжий жулик или мелкий неофит, толькополучивший посвящение в какой-нибудь экзотической традиции, которыйничего не умеет, кроме того, чтобы говорить, потому что он работаетбудильником, и школьные люди становятся на цыпочки и смотрят на негоснизу вверх. Потому что про него петух не знает, что он не пшеничноезерно. Эффект специалиста со стороны. Надо уважать свою традицию. Раз-говаривать нормально с представителями других традиций, не сверху, неснизу, а нормально, профессионально. У нас Ташкент выпал на целый год.На целый год. Только потому, что туда заехала представительницаКамчатского мессии, которого государственные структуры пытались податькак нового пророка, с совершенно конкретными целями, которые легкопросматривались. Но они пошли и впали в гипноз. И на год выпали изработы вообще. И лишили работы всех остальных людей, потому что они неотвечали за ситуацию. А ведь там, в Ташкенте, есть и учителя и водители,человек триста обученных на курсах людей, которые только и ждут, чтобыих направили. Это все необходимо осознавать. Наша традиция существует непотому, что Игорь Николаевич ее сочинил, создал. Она существует в данномконкретном времени, в данном конкретном месте потому, что я выполнилзадачу по объективации. Но традиция-то существует издревле, и она немоложе других. Какое же постижение будет, если не будет отношений наравных только потому, что человек в тысячном зале раздает посвященияналево и направо? Еще со времен Древнего Египта известно правило: истинная работавсегда делается одномоментно по трем направлениям: для себя, для людей,для храма, то есть для традиции. И если один из этих аспектов выпадает,работа искажается. Про Джаллаладдина Руми говорили: он обладал однойнеприятной суфийской особенностью - в своем деле быть лучшим. Уж еслисуфий был поэтом, то он был лучшим поэтом своего времени; если он ткалковры, то это были лучшие ковры; если он растил сад, то это был лучшийсад в округе; если он был мясником, то это был лучший мясник. Если человек действительно начал понимать что-то в традиции, вШколе, он должен быть самым эффективным в своем деле. И подходить к себес такой меркой. И понимать, что это неотъемлемая часть духовногообучения, духовного развития в традиции, которая живет в открытомсоциуме, на базаре. Если уж взялся за что-то, ты должен уметь это делатьв совершенстве, т.е. качественно, эффективно. Потому что у тебя в рукахтакие возможности, которых у обыкновенного человека нет. А получаетсявсе наоборот. Обыкновенные люди бьются о жизненные проблемы, решают их ипри этом улыбаются, смеются, поют, а школьные люди, столкнувшись с ми-нимальным препятствием, начинают жаловаться, что жизнь ужасна, кошмарна,что им никто не помогает. Начинают требовать, чтобы им для реализациисоздали условия. Если создать условия, любой себя покажет. Возьмите сулицы человека, создайте ему условия - он знаете как себя покажет! Этообойдется в пару миллионов, но зато он так себя покажет! Ахнуть неуспеете, как он вас всех обойдет.У каждого своя касса. В какую кассуплатишь, оттуда и получаешь результат. Если человек всю свою жизньзарабатывает деньги и тратит их на то, чтобы получить знания, умения,т.е. учится, то он получает знания и умения. Он в эту кассу платит.Другой человек жизнь кладет на то, чтобы получить социальный статус. Онего и приобретет. Потому что настоящие деньги - это наша жизнь. Каждаясекунда жизни - это и есть единственные настоящие деньги, которые у насесть. А эти деньги, то, что принято называть деньгами - это пакт. Мастермой говорил: _Пакт, Игорь, деньги- это пакт_. То есть конвенция. Куда мыих вкладываем, оттуда и получаем. Деньги сами по себе - не самоцель.Деньги - это средство. Такое же, как, скажем, _огненная пульсация_. Еслия что-то знаю, то это потому, что я двадцать лет только этим занимался,ни в какую другую кассу не платил. Я не говорю, что это хорошо илиплохо. Я был таким. Вот вам простой пример. Я работаю с пятнадцати лет и до сорока летвосемьдесят процентов заработанных денег тратил на учебу. Естественно, яничего не имел из того, что мог бы иметь, если бы тратился на другое. Возникает вопрос: как работать с деньгами? Это вопрос осознанного к ним отношения. Мы жили в обществе, котороевоспитывало пренебрежительное отношение к деньгам. К деньгам не нужноотноситься ни снизу, ни сверху, с ними надо работать. Я всегдаговорил: очень легко говорить - деньги - это ерунда, это пыль, потомучто если ты их никогда не имел, то так оно и есть. Этим очень легкооправдывать то, что у тебя их нет. Это отношение сверху. Точно так жеможно говорить, что деньги решают все, потому что если не будет у меняденег, то я ничего не смогу. Сначала я заработаю, а потом начнузаниматься духовностью. То же самое, ничего не будет, потому что этопросто оправдание тому, что ты вообще не собираешься заниматься никакойдуховностью. Но в силу социальных обстоятельств для своего образа самогосебя или для того, чтобы на тебя иначе смотрели, ты вынужден поддержи-вать иллюзию, что ты духовный искатель. Это позиция снизу. А должнобыть, как и во всем, ни снизу, ни сверху. Деньги - это часть реальности,с которой надо уметь работать. Их нужно уметь зарабатывать, их нужноуметь правильно тратить, их нужно уметь распределять. Нужно уметьпонять, что такое затраты на пространство. Нужно уметь понимать, что напространство денег жалеть нельзя. Вкладывая деньги в организацию своеголичного пространства, мы вкладываем в свое развитие. В зависимости отпоставленных целей, от способов игры в социуме, есть затраты на имидж.Есть траты на людей, которые просят о помощи и которым можно помочьматериально, и это будет нормально для развития их сущности: одномуможно и нужно просто дать денег, другому просто в долг, а третьему еще ипод проценты. Когда работаешь. А когда не работаешь, то получается как увсех людей - деньги идут только на то, чтобы о тебе хорошо думали. Этоочень сложно, это творческий момент, как и вся жизнь. Никакихавтоматизмов здесь быть не может. Вопрос денег - это, на самом деле, не вопрос денег. На самом делеэто вопрос взаимоотношения духовного человека с жизнью. Его позиция поотношению к реальной жизни, в которой он находится. Время, место, люди.Если он в этом месте точен, если он действительно работает надстабильным самосознанием, если он действительно развивает свойинструмент, если он действительно заботится о резонансе междусубъективной и объективной реальностью, - то он будет эффективен либо врамках задачи, поставленной для него наставником, либо в рамках тойзадачи, которую он сам для себя нашел как наиболее трудную, потому чтоона требует максимального усилия для развития. Иначе к тридцати пяти годам в традиции никого бы не осталось. Ника-ких духовных искателей. Как раз тогда, когда наступает возраст, когдаможно уже передавать истинно эзотерические знания, когда человек уже всостоянии держать язык за зубами, когда он в состоянии не выставлятьнапоказ то, что не надо выставлять напоказ, не использовать силу дляигрушек или для пустой демонстрации своих возможностей, когда ему можноуже давать по-настоящему глубокие знания, - смотришь, а вокруг никогонет. Куда все подевались? Сломались под тяжестью жизни. И стали жить_обыкновенной жизнью_. Как будто есть обыкновенная жизнь. Любая жизньнеобыкновенна. И жизнь _Великого Среднего_ необыкновенно прекрасна,разнообразна и имеет такой же огромный диапазон, как и жизнь духовногосообщества. И то, и другое положение прекрасно. Безобразно положение между двух стульев. Человек пытается сидетьмежду стульями и вызвать жалость к себе, спекулировать, зарабатывать натом, чтобы его жалели. Если он делает это сознательно, то, возможно, эточасть его пути. Но тогда он в действительности сидит на одном стуле итолько делает вид. Но когда человек себя реально перемещает междустульями, когда он не хочет и не может жить ни этой жизнью, ни тем болеетой, тогда что? Возьмите меня кто-нибудь, станьте мне мамой, папой,кормилицей. Это промежуточное положение безобразно, оно недостойно чело-века. Никакого человека. Ни духовного искателя, ни человека, живущего в_великом среднем_. Еще раз подчеркиваю, что когда я говорю о необходимости мужества исилы на Пути - это не означает, что традиция не принимает слабых людей,по тем или иным причинам не способных к социальной борьбе. Это простоозначает, что традиция настолько может принять таких людей, насколько вней велико количество работников, т.е. сильных людей. Но традиция неможет терпеть лентяев, бездельников и иждивенцев, спекулянтов на своихнесчастьях и слабости. Если к нам обращаются за помощью, мы готовы ееоказывать, но только в такой форме, в какой нам позволяет Закон, а если,обращаясь за помощью, вы заранее знаете, как вам следует помочь, топочему вы не поможете себе сами? Жесткость не означает жестокость, адоброта не означает сюсюкание. Жизнь - это жизнь, и мы хотим, чтобытрадиция была живой. Гениально сказано в сказке Шварца _Тень_: _Как вдетстве хорошо было - мама теплая, молоко сладкое, сосешь, сосешь -рай_. Такое представление о духовном рае не для нас. Чем больше человек предъявляет претензию на духовное развитие, темвзрослее он должен быть, тем больше он должен быть в состояниизаботиться о других, тем больше он должен быть в состоянии сделать что-то для традиции, а не только брать у нее. Тогда появляется шанспостигнуть то, что не является товаром и никогда нигде не продавалось ине покупалось, и не может быть ни куплено, ни продано. Только тогдачеловек становится взрослым в полном смысле слова. Любая традиция нуждается в людях, которые способны стать работ-никами, потому что любая традиция существует в реальном мире за счет ееработников. Как и все на этом свете. И если кто-то еще не совсемработник, то он должен при всех своих делах помнить - его возможностьучиться, продвигаться по пути практики и постижения зависит от того,будут ли у школы работники. Дело не в чистоте взглядов. У школы многоразличных ересей, вариантов - одни модернизируют ДФС, другие _цветок_,третьи делают акцент на женском начале, четвертые на чем-то еще, и этопрекрасно, это есть лучшее доказательство того, что школа живая, носуществовать она будет до тех пор, пока будут профессионалы, работникишколы. Как только профессионалы исчезнут, так это все исчезнет. Вы и ах-нуть не успеете. В истории мы знаем тьму таких примеров. Государствовыбивало, уничтожало работников, и система исчезала, уходила на второй итретий уровень и существовала там в латентном состоянии, ожидая, когдапоявится человек или люди, которые перенесут это все оттуда опять сюда.Так они и живут, как река - исчезнет в песках, потом опять появится. Ивсе это очень дорого. Во всех видах. В том числе и в материальном. Чембольше претензия традиции, чем больший объем реальности она хочетосвоить, тем это дороже. Тем больше нужно работников. И, собственноговоря, жизнь традиции, мощность ее на первом уровне зависит от качестваи количества ее работников. Производителей, короче говоря. Тех, кто что-либо производит. В этом плане это всегда битва, всегда поединок междутенденцией, которая стремится убрать помеху в виде традиции, и желаниемтрадиции выстоять. Высшее мастерство состоит в том, чтобы выиграть этот поединок,играя, а не сражаясь. Говорят, это невозможно. Мне сколько раз говорили:это невозможно. Всего семь лет тому назад один мой квалифицированныйтоварищ, имевший к тому же очень квалифицированные побочные источникиинформации, сказал: _Это невозможно_. _Ты, - говорит, - сумасшедший. Тысобой занимайся. Что ты задумал: школа, саморазвивающаяся система. Тычто?_ Однако Школа живет. И только потому, что стало появляться всебольше людей, которые работают и которые эффективны в своей работе. Засчет этих работников мы и можем решать новые задачи, мы можем дать шанстем, кто только начинает, поддержать тех, кто в убежище. Думаю, что я достаточно ясно и доходчиво объяснил материальныйвопрос на данном этапе. И не надейтесь на доброго дядюшку. Я таких виделнемало, которые много обещали, но ничего не сделали. Один дядюшкасказал: _Я даю тебе миллион, только чтобы ты искусством не занимался, азанимался наукой, у тебя такая хорошая голова, такие интересные книжкипишешь, давай я тебя поддержу_. Второй сказал: _Я тебя поддержу, если тыстанешь единоличным начальником. Что это у тебя каждый что хочет, то иговорит_. А просто так не дают. Они хотят извлечь из этого хоть мо-ральный, но капитал. Хотят хоть как-то управлять ситуацией. Поэтому яговорю: школьные дела делаются школьными людьми. И школьные деньгизарабатываются школьными людьми. И нужно уметь это делать. А иначекомандовать захочет каждый, у кого завелись деньжата. А почему бы и нестать такому командиром, негласным руководителем еще и духовнойтрадиции? Дал десять миллионов - уже руководитель. Нахаляву. В одной замечательной тибетской книжке под названием _Океан удо-вольствия для мудрого_ среди прочих есть такое великолепное изречение:_Богатства и изобилия, служащего пищей и удобрением для духовногороста, не следует избегать_. Что значит _богатства_ для простыхсоветских людей, не знающих, что такое _богатство_? А _изобилия_ - чтоэто такое - вообще трудно себе представить. В заключение хочу привести замечательную притчу. Жил богатый чело-век. Около ворот его дома поселился странствующий монах, йог, - бедныйв рубище. И каждый раз, когда богатый возвращался домой вечером, бедныйдемонстративно выкладывал столько камешков, сколько раз согрешил этотбогатый человек. Он посвятил себя подсчету грехов этого человека имолился за него. И так случилось, что они умерли в один день. Ипредстали перед Богом. Бог говорит богатому человеку: _Ты в Рай_, аэтому монаху говорит: _А ты - в Ад_. Тогда богатый человек говорит:_Господи, да тебя что-то неправильно информировали. Это же святойчеловек. Каждый раз, когда я шел мимо него, я угрызался, что я вот ведутакой образ жизни, а этот нищий, голодный - он посвящал всю жизнь тому,чтобы подсчитывать мои грехи, молиться за меня, и каждый раз я испытывалукоры совести, и все. Он - святой человек. Почему так?.._ Бог отвечает:_Вот ты испытывал укоры совести. Поэтому ты будешь в Раю. А он,прибавляя еще один камень, испытывал вожделение от того, что оннаблюдает за твоими грехами, сам будучи святым. Вот он и пойдет в Ад_.Вот так нужно работать с деньгами. Все, спасибо.