Леб заявил, что за рулем был он, а мальчика убил Леопольд. Он в дета- лях описал извращенные сексуальные акты, которыми наслаждался Леопольд, словно эти откровения могли смягчить его собственную вину. Чикаго бушевал. Толпа требовала для убийц высшей меры наказания. В тюрьме эти подонки, возомнившие себя суперменами, оказались на по- ложении прокаженных. Ни один адвокат не брался за их защиту: этого было бы достаточно, чтобы разрушить даже самую выдающуюся карьеру. Лео- польду-старшему пришлось буквально стать на колени перед известным адво- катом, специалистом по гражданским правам Кларенсом Дарроу и умолять его взяться за это дело. Дарроу позже вспоминал: Я знал, что не может быть и речи об освобождении этих молодых людей. Но я хотел спасти их по край- ней мере от электрического стула. Это была неблагодарная работа. Дарроу был одним из самых блестящих адвокатов своего времени. Но он знал, что никакая юридическая технология, как бы хорошо отлажена она ни была, не поможет убийцам. Самое большее, на что он мог надеяться, - это доказать, что юноши были невменяемы, совершая жестокое и бессмысленное преступление. Он выбрал суд без присяжных.