Демонизм

ДЕМОНИЗМ — явление лит-ой сюжетики, построенное на функциональном перемещении традиционных (в частности, установленных богословской традицией, см. "Сатана") отрицательных и положительных характеров и введении отрицательного характера в качестве героя. Однако в отличие от позднейшего сатанизма для Д. типично не столько абсолютное приятие зла, сколько раскрытие положительных черт во внешне отрицательном образе. Черты, из к-рых слагается облик демонического героя, это — неприятие мира и мирового порядка (см. "Мировая скорбь"), пессимистическая переоценка этических и религиозных норм, одинокий бунт против существующих социальных отношений во имя неограниченной свободы личности, приводящий, несмотря на присущую демоническому герою любовь к "страждущему человечеству", к "тяготеющим на его душе" тайным преступлениям. Необходимость сюжетного и композиционного выявления этих черт, в частности противоречия между внешне отрицательным и внутренне положительным образом демонического героя, приводит к сюжетике романа ужасов, композиционной технике тайны, построенным на резких контрастах в характеристиках. В основе Д. лежит так. обр. ярко индивидуалистическое отталкивание от действительности, анархический бунт, характерный для психоидеологии общественных групп и классов, оказавшихся "под колесом истории". Действительно, Д. как форма сюжетики особенно типичен для стилевого комплекса дворянского романтизма (см.), — таковы демонические герои Байрона ("Каин", "Манфред", "Преображенный урод", "Лара", "Корсар" и т. д.), А. де Виньи ("Элоа"), Лермонтова ("Демон") и др. Перетолкование наблюдаемых социальных несправедливостей в "неискоренимую" несправедливость мирового порядка или полное устранение социального момента и перенесение бунта демонического героя исключительно в область религиозных и этических норм отличает этот характер от близкого к нему многими мотивами образа "благородного разбойника", выдвинутого в качестве выразителя революционных настроений буржуазной лит-рой XVIII века ("Разбойники" Шиллера и так далее). С другой стороны, наличие в демоническом герое момента бунта позволяет — после канонизации этого образа в романтической поэтике — буржуазному романтизму вводить в него и элементы революционных настроений; таковы напр. демонические герои В. Гюго ("Рюи-Блаз", "Человек, который смеется" и др.), в мещанском романе снижающиеся до фигуры загадочного благодетеля несчастных и карателя тайных преступлений ("Монте-Кристо" Дюма, "Парижские тайны" Сю). Об аналогичных явлениях в конце XIX в. — см. "Сатанизм". R. S.