СИЛОВАЯ БОРЬБА

СИЛОВАЯ БОРЬБА Жить без тебя я не могу, но и с тобою жить мне невозможно.

ОВИДИЙ

Когда кончается романтическая любовь иначинается силовая борьба? Как и в другихслучаях, связанных с человеческимповедением, здесь трудно провести четкуюграницу. Но у большинства пар заметныеизменения в отношениях происходят тогда,когда они принимают какие-либо четкиеобязательства в отношении друг друга.Однажды произносятся слова: "Давайпоженимся", или: "Давай обручимся".После этого приятный, влекущий ритуалухаживания заканчивается, а влюбленныеперестают довольствоваться чувствоможидания исполнения желаний - то есть тем,что и вызывало эйфорию романтической любви,а задумываются о реалиях супружеской жизни.Вдруг оказывается, что быть простострастными, красивыми и чувственными влюбви явно недостаточно. Теперь партнерамнеобходимо удовлетворение целой иерархииожиданий, частично осознанных, но в большейстепени скрытых от сознания.
Что представляют из себя эти ожидания? Ссамого начала совместной жизни многие людиисходят из того, что их партнеры непременнобудут вести себя каким-то соответствующимобразом. Например, мужчина может ожидать,что его невеста займется домашнимхозяйством, приготовлением пищи, покупкамипродуктов, стиркой одежды, планированиемсемейных мероприятий, будет в семье нянькойи так далее. Помимо этих, обусловленныхисторически сложившимся распределениемсемейных ролей и обязанностей, он имеетдлинный список ожиданий, которыехарактерны именно для него. По воскресеньям,например, он может ожидать, что, пока онбудет занят просмотром газет, его женаприготовит изысканный завтрак, а затем онивместе пойдут прогуляться в парк. Именнотак проводили свои воскресенья егородители. Супруг, воспитанный такимиродителями, будет считать день "неправильнопроведенным", если выходной спланированиначе. А у его жены тоже есть свой,независимый от желаний мужа, длинный списокожиданий, возможно, противоречащий егозапросам. Помимо того, что она хочет, чтобымуж следил за всем, что принято относить к"мужским" вопросам, как, например, уходза автомобилем, уплата денег по счетам,подсчет налогов, уход за лужайкой, всякогорода ремонтные работы, она может ожидать отнего помощи на кухне, в покупках и пристирке. Она также имеет ожидания,характерные лично для нее. Для жены, вчастности, идеальное воскресенье можетвключать посещение церкви, завтрак вресторане, а днем визиты к родственникам. Атак как перед свадьбой они своимиожиданиями друг с другом не делились, всеэто может стать причиной возникновениянапряженности в супружеских отношениях.
Но гораздо важнее подобных осознанныхожиданий для брачных отношений являютсяожидания подсознательные, главным изкоторых, как правило, бывает ожиданиепроявления сильной любви со стороныпартнера. Партнерам предписываетсямаксимально удовлетворять не до концаудовлетворенные в детстве потребности,восполнять утраченные фрагментысобственного "я", любовно опекать своювторую половину и быть очень близкими им.Ожидания остаются те же, что вызываютромантическую любовь, только желаниеблизости уже не является главным. В концеконцов, люди женятся не для того, чтобызаботиться о нуждах партнера, они вступаютв брак с целью своего дальнейшего роста вэмоциональном и психологическом смысле.Если отношения представляются серьезными,психологический переключатель,находящийся глубоко в "старом" мозгу,активизирует все скрытые желания раннегодетства. Психология уязвленного ребенказаставляет его пробудиться и сказать: "Ядостаточно долго был хорошим, стремясьобеспечить пребывание этого человека рядомс собой. Теперь мне полагается за этонаграда". Поэтому мужья и жены как быотступают друг от друга на шаг назад и ждутполучения дивидендов от совместной жизни.
Это изменение в отношениях может бытьрезким или постепенным, но в какой-то моментмужья и жены вдруг обнаруживают, чтоатмосфера дома неблагополучна. Партнерыуже не стремятся отложить все ради общенияс любимым человеком и больше времениуделяют чтению, просмотру телепередач,разговорам с друзьями или простопослеобеденной дремоте.

Почему же вы изменились?
Нормирование любви - отчасти результат несовсем приятных откровений. На какой-тостадии отношений большинство людейобнаруживают, что некоторые чертыхарактера в партнере, которые раньше оченьнравились, начинают раздражать их. Мужчинаоткрывает для себя, что консерватизм жены,который так привлекал его прежде, делает еетеперь в его глазах чрезмерно щепетильной ичопорной. Женщина обнаруживает, чтоспокойствие ее мужа, которое раньшевоспринималось как признак некойодухотворенности, сейчас заставляет еечувствовать себя одинокой. Мужчиназамечает, что нравившаяся ему ранее своеймобильностью и импульсивностью жена сталачрезмерно вмешиваться в его дела.
Чем же объяснить столь неприятныеизменения в поведении? Если вы помните, мыуже обсуждали эту проблему. Дело в том, что,руководствуясь подспудным желанием вновьобрести данную нам при появлении на светдуховную целостность, мы выбирали партнера,который мог бы восполнить недостающие,подавленные в детстве части нашего "я".Каждый из нас ищет того, кто скомпенсировалбы наш собственный недостаток творческихспособностей или собственнуюнеспособность принимать решения. Раньше,проводя время вместе с партнером, мычувствовали себя приобщенными к скрытымдля нашего сознания частям самих себя.Вначале это дает положительный результат,но проходит какое-то время, и дополняющиенас черты характера партнера провоцируютпроявление тех форм нашей натуры, накоторые по-прежнему наложено табу.
Чтобы увидеть, как эта драмаразворачивается в жизни, давайте продолжимисторию жизни Джона, преуспевающегобизнесмена, который "сосуществовал" сПатрицией, хотя на самом деле страстнолюбил Черил. Однажды Джон пришел ко мне насеанс терапии. В этот раз он не рассказывал,как обычно, первые пятнадцать минут о своихделах в компьютерном бизнесе; он сразу жевыпалил мне свои хорошие новости:
Черил согласилась пожить с ним полгода,назвав это "испытательным сроком". Этобыло воплощением его мечты.
Эйфорическое состояние Джона длилосьнесколько месяцев, и он решил, что ни в какойпсихотерапии уже не нуждается (этохарактерно для всех моих клиентов,считающих, что, достигнув счастья, работатьнад собой уже не надо). Но прошло какое-товремя, и вдруг Джон позвонил и попросилназначить ему прием. Он пришел и рассказал,что в его отношениях с Черил обозначилисьтрудности. Самой главной из них было то, чтоона своим индивидуализмом началараздражать его. Он мог бы стерпеть, как онназывал это, "эмоциональные эксцессы",происходившие между Черил и другими,например, когда она вступала в конфликт склерком в супермаркете или возбужденно что-тообсуждала с подругами, но когда ее энергиявыбрасывалась на него, он впадал в панику."У меня словно короткое замыкание в мозгупроисходит",- признался он мне.
Джон испытывал неясную тревогу рядом сЧерил, потому что она начала пробуждать егоподавленный гнев. Поначалу жизнь с нейдавала ему иллюзию душевного комфорта: онсчитал, что они живут душа в душу. Но черезнекоторое время ее эмоциональнаяраскованность начала стимулироватьслишком сильное проявление его собственныхчувств. Его супер-"эго" - та часть мозга,в которой находилось усвоенное, еще когдаон жил с матерью, предписание нереагировать на гнев,- посылало в сознаниеприказы подавлять собственное раздражение.Джон старался уменьшить свою тревогу,пытаясь погасить проявление темперамента:"Черил, ради Бога! Я умоляю тебя, не будьтакой эмоциональной! Ты себя ведешь какидиотка". Или: "Сначала остынь, а потомуже говори со мной. А сейчас я ничего из того,что ты сказала, не могу понять". Чертахарактера Черил, которая когда-то такнравилась ему, сейчас воспринималась его"старым" мозгом как угрозасуществованию.
Примерно так же это выглядело и в историивашей семейной жизни, когда вам хотелось,чтобы партнер умерил свой сексуальный пыл ивообще хотя бы немного обуздал свойтемперамент (то есть фактически разрушил бысвою целостность), так как эти его качествапробуждают подавленное в вас и скрытаячасть вашей натуры может неожиданнопроявиться. Когда это происходит, ваш разумбьет тревогу. Это могло быть настольконеприятным чувством, что вы постаралисьподавить вашего партнера так же, как вдетстве ваши родители подавляли вас. Впопытке защитить себя вы пытались изменитьистинную сущность вашего партнера.
Но дискомфорт, вызванный дополняющими васчертами характера партнера, был толькочастью готовой разразиться бури. Егоотрицательные качества, которые вы незамечали во время романтического периодаваших отношений, начали попадать в полевашего зрения. Внезапно стали явными частыедепрессивные состояния вашего партнера,его пристрастие к алкоголю, скаредность илинеобязательность. Вы с ужасом понимаете,что не только не приближаетесь кудовлетворению своих потребностей, ноболее того - ваш партнер сыплет соль на тераны, которые вы получили в детстве!

Внезапное понимание ошибочностипроисходящего
Я для себя это неприятное открытие сделалуже на второй день медового месяца моегопервого брака. Мы с женой проводили неделюпосле свадьбы на одном из экзотическихостровков вблизи побережья Южной Джорджии.В тот день мы прогуливались вдоль берега. Япробирался сквозь прибитые к берегу кучиплавника, а жена шла по колено в воде вполусотне метров от меня, присматриваясь кракушкам на дне. Я посмотрел в ее сторону иувидел четко очерченный силуэт на фоневосходящего солнца. До сих пор у меня передглазами эта картина. Она стояла спиной комне. На ней были красный купальник и черныешорты. Ее светлые до плеч волосыразвевались на ветру. Глядя на нее, язаметил какую-то едва уловимую понурость вее осанке. В этот момент я почувствовалсмутную тревогу. За ней последовалоболезненное осознание того, что я женилсяне на той, кто мне нужен. Я был настолькопотрясен своим открытием, что едва смогпогасить желание рвануть к автомобилю иуехать от нее подальше. Пока я стоял,ошеломленный этим чувством, женаповернулась ко мне, помахала мне рукой иулыбнулась. Я словно очнулся от кошмарноговидения, помахал ей в ответ и побежалнавстречу.
Это было мгновение, когда словноприподнялась некая завеса, которая тут жеопустилась вновь. Я долгие годы вспоминалэтот эпизод, пытаясь проанализировать тоощущение. Я смог объяснить свои чувстваоднажды во время сеанса психотерапии. Врачпроводил так называемый регрессионныйанализ - упражнение, цель которого на времявернуть меня в детство. Я смог представитьсебя играющим на полу на кухне рядом сматерью. Мне тогда было года два. Япредставил свою мать стоящей спиной ко мнеи хлопочущей у плиты. Это было ее обычнымсостоянием, ведь у нас в семье было девятьдетей. Она не менее пяти-шести часов каждыйдень проводила за приготовлением пищи,стиркой и так далее. Я смог отчетливопредставить себе образ матери. Она былауставшей и понурой, плечи ее были поникшими.Сейчас, будучи взрослым, я понял, что в товремя у нее просто не было ни физических, нидушевных сил заниматься мною. Мой отецскончался от травм головы, полученных врезультате несчастного случая, и онаосталась наедине со своей скорбью. Моя матьбыла стеснена в средствах и однавоспитывала детей. Я чувствовал себянежеланным ребенком. Нельзя сказать, чтомать не любила меня - она была и любящей, изаботливой женщиной - но она была истощенафизически и духовно. Быт настолько заедалее, что она могла только присматривать замной и не имела сил серьезно заниматьсямоим воспитанием.
Это было новым открытием для меня. Доэтого момента я связывал своипсихологические проблемы с пережитой вшестилетнем возрасте потерей родителей. Нов тот день я узнал, что мое ощущениепокинутости возникло значительно раньше.Находясь в состоянии регрессии, я звал мать,но она не отвечала мне. Я сидел в кабинетепсихиатра и плакал от глубокой боли. И вэтот момент мне открылось, что же произошлосо мной тогда, на берегу. Когда я увидел своюжену удаляющейся, целиком поглощеннойсвоим занятием, с опущенными плечами, каккогда-то у моей матери, меня охватиломрачное предчувствие того, что моясовместная жизнь с этой женщиной окажетсяповторением того, что я пережил в раннемдетстве, живя с уставшей от жизни матерью.Эмоциональная опустошенность того периодамогла вновь вернуться ко мне. Защитныймеханизм моей психики тут же сработал, исознание быстро отреагировало.
В какой-то переломный момент супружескойжизни большинство людей обнаруживают, чтонечто в их мужьях или женах пробуждаетсильные воспоминания о пережитой в детствеболи. Некоторые параллели бываюточевидными. Женщина, родители которой былигрубыми, может, например, усмотреть насилиев поведении мужа. Мужчина, родителикоторого были алкоголиками, может однаждызаметить у своей жены опасное пристрастие калкоголю или наркотикам.
Однако сходство между родителями ипартнерами часто бывает не столь явным.Например, в случае с Бернардом и Кэтрин,моими клиентами, женатыми двадцать восемьлет. Бернард работал менеджером вобщественной организации; Кэтринсобиралась продолжить брошенную когда-тоучебу, чтобы получить диплом адвоката. У нихбыло трое детей и уже один внук.
Однажды они, подавленные и расстроенные,пришли ко мне на прием. Я догадался, чтомежду ними произошла одна из тех ссор,которые регулярно повторялись за последниедвадцать лет их брака. Подобные "спектакли"происходят регулярно в большинстве семей, иих участники уже достигли высочайшегомастерства в исполнении своих ролей.
Они мне рассказали, что поссорились, когдаукрашали дом к Рождеству. Бернард был, каквсегда, сосредоточен, целиком поглощенсвоими мыслями, а Кэтрин отдавалараспоряжения. На рождественские каникулыдомой должны были приехать все дети сосвоими мужьями и женами, и Кэтрин хотелосьустроить все как можно лучше. Бернарддобросовестно выполнял все, что емуприказывалось, хотя и продолжал думать освоем. После часа совместной работымолчание Бернарда надоело Кэтрин, и онапопыталась вовлечь его в беседу о детях. Онотвечал коротко и односложно. Это всебольше и больше раздражало ее, наконец, онаначала критиковать его за то, как онразвешивал фонарики на елке: "Ну почемуты так неаккуратно их вешаешь? Лучше бы ясама это сделала!" Бернард, ничего неответив, бросил работу и вышел на улицу.
Кэтрин подошла к окну. Когда она увиделадверь гаража, закрывающуюся за Бернардом,то рассердилась и в то же время испугалась.Гнев возобладал, и на этот раз она решила неоставлять его в покое. Она пошла за мужем ирывком открыла дверь гаража. "Ты всегдапропадаешь в своем проклятом гараже! Тыникогда не помогаешь мне, когда я нуждаюсь вэтом. Что, в конце концов, происходит?" -выкрикивала она.
Для специалиста-психотерапевтаупотребление Кэтрин таких слов, как "всегда"и "никогда" несомненно означает, чтоона находилась в состоянии регрессии.Маленькие дети не проводят границу междупрошлым и настоящим; им кажется, что все, чтопроисходит в данный момент, происходило впрошлом и будет происходить в будущем. НоБернард не был врачом-психотерапевтом. Онбыл тихим, задавленным мужем и игнорировалкритику жены, надеясь вновь обрести мир испокойствие. Его "старый" мозгсреагировал на ее атаку, которая на самомделе была не чем иным, как "взрослой"версией детского плача, перейдя вконтратаку. "Может быть, я помогал бы тебебольше, если бы ты не была такой стервозной!- парировал он. - Вечно ты пилишь меня.Неужели мне нельзя хоть пять минут побытьодному?" Бернард злился, а Кэтрин плакала.
Будучи посторонним человеком в этойситуации, я легко могу выстроить схему ихпривычных конфликтов. Обычно причинойначала ссоры бывала сдержанность Бернарда.Стараясь добиться от него какой-то реакции,Кэтрин испытывала раздражение. Бернард могне обращать на нее внимания до тех пор, покау него хватало сил терпеть; не вытерпев, онмог выйти из комнаты, ища тишины испокойствия. Это, естественно, злило Кэтрин,и ее злость передавалась Бернарду. Послессоры Кэтрин заливалась слезами.
Когда я вместе с ними разбирал ихпоследнюю стычку, то попросил Кэтринописать поточнее, что она чувствовала,хлопоча по дому в предрождественской суетевместе со своим мужем. Она на какое-то времязадумалась, пытаясь вспомнить, что же тогдабольше всего владело ее чувствами, потомпосмотрела на меня озадаченно и сказала:"Я чувствовала испуг. Меня испугало егонежелание разговаривать со мной". Онавпервые осознала, что боится его молчания.
- Почему же вы боялись, Кэтрин? - спросил яее.
- Я боялась, что он обидит меня.
Бернард посмотрел на нее с изумлением.
- Бернард, давайте проанализируемситуацию. Могли ли вы тогда обидеть Кэтрин? -предложил я.
- Обидеть ее? - удивился он.- Обидеть ее?! Дая никогда в жизни и пальцем ее не трогал. Втот момент мысли мои были отвлечены и ядумал о своем. Наверное, я еще думал о своихделах на работе...
- Это правда? - спросила Кэтрин.- Тыдействительно не был тогда на менярассержен?
- Конечно, нет! Меня раздражали твоипридирки, но не настолько, чтобы всерьезрассердиться. Мне просто захотелось выйти.Я подумал, что для того, чтобы избавиться отраздражения, лучше всего пойти в гараж изаняться машиной.
- А мне казалось, что ты всегда недоволенмной, а в этот раз просто не смог справитьсясо своими эмоциями и взорвался.
- Сорваться может любой, и я действительносорвался, но это произошло уже несколькочасов спустя после нашей ссоры. Вначале янисколько на тебя не сердился.
Я, как врач-психотерапевт, в этомнисколько не сомневался. Бернард не былпохож на грубияна.
- Кэтрин,- обратился я к ней,- прошу вас наминуту закрыть глаза и немного подумать отом, чего же вы начинаете бояться, когдаБернард не реагирует на ваши слова и молчит.
Женщина с трудом пыталась что-тосформулировать, но так и не смоглаобъяснить, чего она боится.
- Хорошо, тогда постарайтесь вспомнитьваше ощущение тишины в детстве,- продолжал я.-Закройте глаза и сосредоточьтесь.
В комнате воцарилась тишина. Через какое-товремя Кэтрин открыла глаза.
- Это мой отец! Я никогда раньше этого неощущала. Он порой впадал в глубокуюдепрессию и неделями мог не разговаривать.Когда у отца было такое настроение, ябоялась его гнева: ведь стоило мне что-тосделать не так, и он мог ударить меня. Когдая видела его впадающим в депрессию, яначинала паниковать. Я знала, что наступаеттяжелый период.
Отец Кэтрин и ее муж обладали одним и темже свойством характера - они время отвремени становились замкнутыми, и этонесомненно явилось одной из причинпривлекательности Бернарда для Кэтрин. Онаостановила свой выбор на человеке, которыйнапоминал ей отца, чтобы преодолеть свойстрах быть обиженной.
Кэтрин нашла того, кто обладалотрицательными чертами характера ее отцадля того, чтобы вернуться в свое детство ипродолжить борьбу за любовь и вежливоеобращение. Но Бернард не был полной копиейотца Кэтрин. Его молчаливость объясняласьобращенностью внутрь себя, а не тем, что онвпадал в депрессию и давал волю гневу.Только постоянные замечания Кэтринпровоцировали его на ответные действия.
Я замечал этот феномен у многих моихклиентов. Они реагировали на своихпартнеров, так, словно те были копиями ихродителей, хотя совпадали лишь отдельныечерты характера, в своих настойчивыхпопытках завершить неоконченное в детстведело они подсознательно приписываютопределенные черты характера родителейсвоим партнерам. Затем, начиная действоватьтак, словно эти черты характера присущипартнеру на самом деле, они, не осознаваяэтого, провоцируют желаемую ответнуюреакцию. Один мой коллега однажды сказал,что люди "выискивают соответствия имиджу-"эго",приписывают, или провоцируют их".

Домашнее кино, Часть II
Итак, в этой главе мы обсудили два фактора,которые влияют на силовую борьбу:

1. Поведение наших партнеров тревожит нас,так как активизируются те части нашегосознания, на которые наложен запрет.
2. Психологические раны детства начинаютбеспокоить нас снова, если характеры нашихпартнеров и наших родителей похожи.

Есть еще один заслуживающий вниманияаспект силовой борьбы. В предыдущей главе ярассказывал вам о том, что наше чувстворомантической любви возникает припроецировании положительных чертподсознательного имиджа-"эго" на нашихпартнеров; другими словами, мы видим в нихвсе лучшее из того, что было в нашихродителях.
В главе 2 я назвал это "утраченным "я".Если вы помните, я говорил о том, что вселюди имеют скрытые стороны своей натуры - тучасть своего "я", которую они стараютсяпрятать от самих себя. Главной причинойэтого является вынужденнаяприспособляемость организма к залечиваниюран, полученных в детстве. Люди такжеусваивают отрицательные черты своихродителей. Даже если им что-то не нравится вних, все равно происходит процесс "проецированиявнутрь себя" этих черт. Зачастую дети,вырастая, начинают понимать, что имсвойственны те привычки и черты характера,которые когда-то больше всего не нравилисьв родителях, и стараются избавиться от них.
Вот здесь и происходит самое интересное.Дети не только хранят в своем подсознаниивсе эти отрицательные черты, но когдавырастают, то стараются найти такие черты убудущих партнеров, потому что это являетсячастью подсознательного имиджа-"эго".Имидж-"эго", таким образом,представляет собой не только воображаемыйпортрет лица противоположного пола; этотакже описание утраченного "я".
Расскажу одну историю, которая поможетобъяснить вам этот любопытный и сложныйпсихологический феномен. Я много летпроработал с молодой женщиной по имениЛилиан. Ее родители развелись, когда ей былодевять лет, и мать одна воспитывала Лилиан иее двенадцатилетнюю сестру Джун. Спустя годпосле развода мать вновь вышла замуж.Отношения между Джун и отчимом былинапряженными: он постоянно на нее кричал,наказывал за малейшую провинность и дажебил. Лилиан часто, стоя под дверью комнаты ислыша вопли сестры, испытывала негодованиеи страх. Она ненавидела отчима. Однако,когда они позднее стали жить вдвоем ссестрой, Лилиан, к своему стыду, сталаобходиться с Джун столь же грубо. Она дажеиногда обзывала ее почти такими же словами,какими в свое время обзывал ее отчим.
Со временем осознание своегобесчеловечного отношения к собственнойсестре стало травмировать психику Лилиан, иона старалась это забыть. Только после годазанятий психотерапией она смоглавоскресить эти ужасные эпизоды в памяти, аспустя еще некоторое время стала настолькодоверять мне, что решилась рассказать обэтом. В ходе курса терапии я помог Лилианпроанализировать отношения между ней и еесестрой и понять, что таково свойствочеловеческой природы - впитывать какположительные, так и отрицательные чертыхарактера. Ее отчим был главной фигурой всемье, и мозг маленькой Лилиан зафиксировалв подсознании, что самый сердитый, самыйзлой человек является и самым сильным. Тоесть злоба и насмешки - это эффективныесредства в борьбе за выживание. Постепенноэта черта закрепилась в характере Лилиан.
Когда она вышла замуж, то выбрала себеспутником человека, похожего своейгрубостью на ее отчима. Лилиан говорила, чтоона и на курс психотерапии записалась из-затого, что муж постоянно издевался над ней.
После двух лет терапии моя пациенткапоняла, что злоба, которую она такненавидела в своем отчиме, была одним изфакторов подсознания, определивших еевлечение к будущему мужу. Еще болеенастораживало, что эта злоба в подавленнойформе существовала и в ней самой. Такимобразом, имидж-"эго" партнера в ееподсознании сочетал как черты характерабудущего мужа, так и описание утраченнойчасти своего "я".
Подобные моменты прослеживаются вотношениях почти каждой пары. Люди пытаютсяизгнать из души дурные черты характера,проецируя их на своих партнеров. Или, еслиэто выразить по-другому, они критикуют всвоих партнерах все, что им не нравится ичто они отрицают в себе. Перенести своюотрицательную черту характера на партнера -весьма эффективный способ скрытьсобственные недостатки от самого себя.
Итак, мы определили три главных источникаконфликтов, с которых начинается силоваяборьба. По мере избавления от иллюзииромантической любви супруги начинают:

1. Пробуждать друг в друге подавленные всебе самом чувства и черты характера.
2. Тревожат друг у друга психологическиераны детства.
3. Считают свои собственные недостаткинедостатками партнера по браку.

Заметьте, что все это происходит в нашемподсознании. Люди не осознают протеканияэтих процессов;
они просто чувствуют себя виноватыми,сердитыми, встревоженными, подавленными иразлюбленными. И то, что они во всех своихнесчастьях обвиняют партнеров, являетсяабсолютно естественным. Они считают, чтоизменения произошли не с ними самими, а спартнерами.

Орудия любви
Впадая в отчаяние, люди начинаютиспользовать, что называется, "неспортивные"приемы, чтобы вернуть любовь своихпартнеров. Они подавляют в себе чувствопривязанности и замыкаются в себе,становятся раздражительными и постояннодруг друга критикуют, нападая упреками типа:"Как ты можешь!..", "Ну почему тывсегда...", "Ты никогда...". Они слегкостью кидают эти словесные камни вотчаянной попытке улучшить отношения спартнером, сделать его более чутким. Ониубеждены в том, что, причинив партнеру боль,заставят его вновь любить их, как и прежде.
На чем основана такая странная вера?Почему нельзя просто объяснить друг другу,что каждый нуждается в большем внимании илюбви, большей свободе или, скажем,сексуальной раскованности и так далее. Яспрашивал об этом у многих клиентов насеминарах для семейных пар. Этот вопрос былне риторическим; я сам не имел на негоответа. Но получилось так, что чуть раньшемне довелось говорить о детях и об ихинстинктивном плаче как реакции,выражающей недовольство внешним миром. Инеожиданно я получил ответ на свой вопрос.Во всем виноватым вновь оказался наш "старый"мозг. Когда мы были маленькими детьми, мыведь не использовали игривую улыбку длятого, чтобы обеспечить себе большую заботуокружающих, не выражали свои проблемысловами, а просто открывали рот и начиналикричать. Постепенно мы усвоили: чем громчекричишь, тем быстрее на тебя обратятвнимание. Успех этой тактики зафиксирован внашей памяти - в той ее части, где хранятсясведения о том, как заставить мироткликнуться на свои нужды. "Старый"мозг советует примерно следующее: "Когдау тебя возникают какие-то проблемы, не давайпокоя окружающим. Будь, насколько это втвоих силах, источником дискомфорта для них,до тех пор пока они не окажут тебе помощь".
Такой примитивный способ подачи сигнала освоих неурядицах характерен длябольшинства пар, погрязших в силовой борьбе,но один из примеров запечатлелся в моейпамяти особенно ярко. Несколько лет назад яработал с супругами, которые; были женатыоколо двадцати пяти лет. Муж был убежден втом, что его жена эгоистка и мстительнаямегера. "Она никогда не думает о моихинтересах",- жаловался он мне, перечисляяпри этом множество примеров,свидетельствующих о дурном нраве супруги. Ажена его в это время сидела рядом и нервнодергала ногой, молча выражала протест инесогласие. Когда он закончил, онанаклонилась в мою сторону и произнеслаочень категоричным тоном: "Поверьте мне,я делаю все, что могу, для него. Я пробовалапроводить с ним больше времени, потомпробовала, наоборот, бывать с ним меньше.Этой зимой я даже научилась ходить на лыжах,чтобы составить ему компанию и доставитьэтим удовольствие, а я ведь терпеть не могумороз! Но ничего не помогает!"
Чтобы разрешить эту сложную ситуацию, япопросил мужа назвать то, что могла бысделать для него жена, чтобы онпочувствовал себя счастливым. Пусть этобудет что-то конкретное, свидетельствующеео ее любви к нему. Он мялся и ерзал на стуле,а затем ворчливо сказал: "Если оназамужем за мной уже двадцать пять лет, исама до сих пор не знает, что мне надо,значит, она никогда не была внимательна комне! Ей просто не было до меня дела!"
Этот мужчина, так же как и многие из нас,был убежден в правильности своихпримитивных воззрений на мир. Младенцем,когда он лежал в колыбели, он привык видетьсвою маму добрым великаном, склонившимсянад ним и старающимся угадать его желания.Он был накормлен, переодет, вымыт и убаюканбез какой-либо просьбы с его стороны.Важнейший урок раннего детства глубокозапечатлелся в его мозгу:
окружающие сами замечают, что ему нужно, иделают для него все возможное, ему же самомуне надо прилагать никаких усилий для этого,стоит лишь заплакать. Но если в детстве егопотребности были малы, то, повзрослев, онстал предъявлять гораздо большие запросы. Аведь его жена не могла уподобиться егоматушке, суетившейся вокруг колыбельки. Какбы это для него ни было удивительно, но онсам после женитьбы рассматривался ею какисточник удовлетворения не меньшихпотребностей и ожиданий. И хотя она оченьхотела сделать его счастливым, она не знала,как ей себя вести. Не зная, что ей нужноделать, она была вынуждена вытягивать изнего признания: "Может, ты хочешь этого?Или вот того?"
Когда партнеры не говорят о своихжеланиях и постоянно критикуют друг друга,неудивительно, что дух любви и взаимнойподдержки улетучивается. Именно тогданачинается силовая борьба, и каждый изпартнеров пытается вынудить другогоудовлетворить его требования. Дажесталкиваясь с агрессивной реакцией на это,они упорствуют. Почему? Потому что в своемподсознании они боятся, что, если их запросыне будут удовлетворены, они умрут(!). Этоклассический пример того, что Фрейд называл"повторением принуждения", то естьстремления людей повторять не давшеерезультата поведение вновь и вновь.Некоторые пары навсегда остаются в этомзлобном, недоброжелательном состоянии. Онипреодолевают оборону друг друга и наносятвзаимные удары по психике. Потом злоба всечаще перерастает в насилие. Согласнопоследним исследованиям, примерно околотридцати миллионов супругов оскорбляютдруг друга; половина всех женщин в Америкебыли избиты мужьями хотя бы раз.

Стадии силовой борьбы
Когда вы втянулись в силовую борьбу, жизнькажется полной хаоса. У вас уже нет точекотсчета. Вы не осознаете, когда все этоначалось и когда закончится. Но глядя состороны, можно предвидеть ход развитиявашего противостояния. В сознаниипроводятся параллели с изученнымипсихологами стадиями скорби после утратыблизкого человека. Только в данном случаесмерть не является физической: умирает нечеловек, а иллюзия романтической любви.
Вначале появляется шок - этот пугающиймомент истины, когда в ваше сознаниеврываются мысли: "Это совсем не тотчеловек, каким он мне казался до свадьбы".В это мгновение вам кажется, что жизньвдвоем окажется продолжением одиночества ибудет сопровождаться той же болью, что и вдетстве, а долгожданное исцеление от ран непридет.
После шока приходит отрицание.Разочарование столь велико, что вы нехотите взглянуть правде в лицо. Вы делаетевсе возможное, чтобы представитьотрицательные черты партнера какположительные. Но долго такое отрицаниеподдерживаться не может, и в результате вычувствуете крушение надежд. Или ваш партнеризменился с тех пор, как вы встретили его ивлюбились, или вы не смогли разгадать сразуего истинной натуры? Вам больно, чувствовашей боли пропорционально разнице вашихфантазий раннего периода отношений спроявившейся реальностью.
Если вы будете выше злобной стадиисиловой борьбы, то желчь в отношенияхстанет убывать и вы вступите в четвертуюстадию - заключение негласной сделки. Текстее будет, например, таким: "Если бросишьпить, то секс будет более разнообразным".Или: "Если ты разрешишь мне ездить нарыбалку, я больше времени буду уделятьдетям". Психотерапевты, исследующиепроблемы супружеской жизни, иногданевольно могут затянуть эту стадию силовойборьбы, если не будут стремиться заглянутьв глубь проблемы.
Последняя стадия силовой борьбы -отчаяние. Когда в отношениях партнеровнаступает этот критический момент, у нихуже не остается никаких надежд на любовь исчастье друг с другом, так как больпродолжалась слишком долго. Примернополовина пар, согласно статистике, в этотпериод уже ни на что не надеются и готовятсяк разводу. Большинство же сохраняющихбрачные отношения пытаются найти своесчастье вне семьи. И только примерно пятьпроцентов из всех пар находят силыпрекратить силовую борьбу и начатьсовершенствовать свои отношения.

Приведу в доступной и краткой формевыводы по нашим дискуссиям из первых пятиглав. Итак, самое главное: мы выбираем себепартнеров, руководствуясь двумя основнымипринципами: 1) у них есть как положительные,так и отрицательные черты людей,воспитывавших нас в детстве; 2) они обладаюттеми нашими положительными качествами,которых нам не хватало в детстве. Мывступаем в брак с подсознательныможиданием того, что наш партнер станет намчем-то вроде мамы или папы и мы сможемвосстановить все утраченное в детстве. Длязалечивания ран детства нам нужно всеголишь создать доверительные, серьезныеотношения.
Через какое-то время мы понимаем, что нашастратегия неправильна. Мы "влюблены",но не так, как мы этого ожидали. Мы считаем,что наш план не работает, потому чтовыбранные нами партнеры намеренноигнорируют наши потребности. Они точнознают, что мы хотим, когда и как, но по какой-топричине сознательно не идут навстречунашим желаниям. Нас это сердит, и мы впервыеначинаем замечать отрицательные чертыхарактера нашего партнера. Затем мыусугубляем проблему, проецируя своисобственные отвергнутые отрицательныестороны на них. По мере того как напряжениеувеличивается, мы решаем, что лучший способвынудить партнеров удовлетворить нашинужды - это быть капризными ираздражительными, такими, как вмладенчестве. Как и тогда, мы верим, что надотолько кричать погромче и подольше, и тогдапартнер непременно исполнит все нашижелания. И наконец, силовую борьбу делаетособенно ожесточенной лежащая в ее основеподсознательная уверенность в том, что,если мы не сможем хитростью, силой илисоблазном склонить наших партнеров кзаботе о нас, нам грозит смертельнаяопасность.
В этом своеобразном резюме, может быть, невысказана в явном виде еще одна мысль: отромантической любви до силовой борьбыможет быть всего один шаг. Взаимноевосхищение партнеров может очень быстросмениться взаимной ненавистью, а их добраяволя превратиться в стремление к победе всиловой борьбе. Важно отметить, чтодвижущие силы и в том и в другом случаеодинаковые. Оба индивидуума все так же ищутспособы восстановить свою первороднуюцелостность, и они по-прежнему считают, чтопартнеры способны оздоровить их психику.Разница лишь в том, что партнер обвиняется в"саботаже" любви. Именно этимдиктуется смена тактики, после чего супругиначинают терзать друг друга и проявлятьсвое безразличие в надежде на то, чтопартнер не выдержит и его сердцеоткликнется теплом и любовью.
Как же выбраться из этого сложноголабиринта? Чем может смениться силоваяборьба? В следующей главе, названной "Отподсознательного к сознательному", мыпоговорим о новом виде отношений - "сознательномбраке", о том, как он может помочьсупругам компенсировать друг другунедополученное в детстве.
глава 6