Возмездие

В 1957 году слепой еврей, живший в пригороде Буэнос-Айреса, очень за- интересовался человеком по имени Рикардо Клемент. Дело в том, что дочь этого старика встречалась с молодым человеком, который называл себя Николасом Эйхманом. В разговоре с ней он рассказы- вал, что отца его зовут вовсе не Рикардо Клемент, а Адольф Эйхман. Де- вушке это имя, конечно, ничего не говорило. Но для ее слепого отца оно прозвучало как гром среди ясного дня. Вскоре эта информация легла на стол Несера Харела - основателя изра- ильской секретной службы "Моссад". Харел смог добиться разрешения Давида Бен-Гуриона, лидера молодого еврейского государства, лично возглавить операцию по захвату Эйхмана и преданию его суду. В 1958 году группа отборных израильских агентов тайно прибыла в Буэ- нос-Айрес, но семейство Клемент покинуло его двумя месяцами ранее. Лишь в декабре 1959 года одному из агентов "Моссада" удалось узнать, что Николас Эйхман работает здесь же, в городе, в мастерской по ремонту мотоциклов. Агент разыскал его и проследил путь к дому в унылом пригоро- де Сан-Фернандо. Израильская группа наружного наблюдения немедленно взяла "под колпак" дом Клемента. В течение нескольких месяцев сыщики наблюдали за лысеющим человеком в очках, мелким служащим местного филиала "Мерседес-Бенц". Но полной уверенности, что это именно Эйхман, у них не было. И вот 24 марта 1960 года человек этот явился домой с огромным букетом цветов. Израильские агенты были на седьмом небе от радости: проверка по- казала, что эта дата - день рождения жены Эйхмана. Как и всякий примерный муж, он решил преподнести ей по этому поводу цветы. В восемь часов вечера II мая 1960 года Адольф Эйхман попал в руки ан- гелов-мстителей из "Моссада". Его связали, уложили на заднее сиденье ма- шины и отвезли в заранее приготовленное место. Первым делом израильтяне проверили подмышки захваченного в поисках вытатуированного номера, который присваивался любому члену высшего эше- лона СС. Татуировки не было, однако на ее месте оказался багровый шрам. Рикардо Клемент не возмущался и не протестовал. Он спокойно посмотрел на своих похитителей и на чистом немецком языке заявил: "Я Адольф Эйх- ман". Десятью днями позже он уже был на борту самолета авиакомпании "Эл-Ал", направлявшегося в Израиль. Его вывезли из Аргентины, накачав наркотиками и переодев в форму пилота. Самолет еще "не коснулся посадоч- ной полосы в Тель-Авиве, а Бен-Гурион уже объявил в кнессете, что Эйхман арестован и будет в Израиле предан суду за военные преступления. Если хоть кто-то ожидал увидеть на скамье подсудимых кровожадного монстра с ужасающими клыками, то он был бесконечно разочарован. Перед судом предстало банальнейшее воплощение злодейства в облике лысоватого, скрюченного человечка, помещенного в камеру с пуленепробиваемыми стекла- ми. На судебном процессе, который длился с 1 1 апреля по 14 августа 1961 года, со стороны Эйхмана не было ни раскаяния, ни вражды, ни скорби. Эйхман утверждал, что он не понимает, почему еврейский народ ненавидит его: ведь он просто выполнял приказы. Ответственность за истребление ев- реев, по его убеждению, должен нести кто-то другой. 1 декабря 1961 года Эйхман был приговорен к смертной казни. 31 мая 1962 года он отверг обращенный к нему призыв протестантского священника покаяться, и его отвели в камеру смертников. Поднявшись на эшафот, он сказал: "Да здравствует Германия! Да здравствует Аргентина! Да здравствует Австрия! С этими тремя странами связана вся моя жизнь, и я никогда не забуду их. Я приветствую свою жену, семью и друзей. Я был обязан выполнять правила войны и служил своему знамени. Я готов". Прах Эйхмана был сожжен и развеян над морем. В память о нем на земле не была прочитана ни одна молитва. Синонимы к слову Возмездие: возмездие см. воздаяние, вознаграждение, удовлетворение