Надежда умирает последней

С первых дней пребывания в плену польские офицеры вели полуголодное существование, у них не было никакой возможности связаться с семьями. Но накануне отправки кормить людей стали лучше, что пробудило у них надежду на скорое освобождение. Каждому пленному было выдано три вяленых воблы, полфунта хлеба и немного сахару. Некоторым счастливчикам перепало даже по бесценной пачке папирос. Так палачи усыпляли бдительность своих жертв. Если бы у кого-нибудь из пленных возникло хотя бы подобие догадки о том, что их ожидает, дове- денные до отчаяния узники неизбежно подняли бы кровавые бунты. Но в районах формирования эшелонов, оцепленных вооруженной охраной, отношение к пленным полякам резко менялось. Здесь за погрузкой военноп- ленных в вагоны наблюдали уже другие люди - вооруженные дубинками и шты- ками, а также охранники с собаками. Во время погрузки многие узники были жестоко и беспричинно избиты. Лейтенант Вацлав Крук - один из многих, которым не суждено было вер- нуться из Катыни, - вел дневник, где он описал свои ощущения при погруз- ке в эшелон. Возможно, такие же чувства испытывали все поляки, которые отправлялись в неизвестность. "Вчера отправилась колонна старших офице- ров: три генерала, двадцать - двадцать пять полковников и столько же ма- йоров. Их отправка вселила в нас надежду и подняла настроение. Сегодня подошла моя очередь. Но на станции нас погрузили в зарешеченные арес- тантские вагоны под усиленной охраной. Сейчас мы ждем отправления. Те- перь я уже не разделяю своего прежнего оптимизма. Во мне зреет опасение, что это путешествие добром не кончится". Дневник Вацтава Крука нашли в 1943 году. На груди расстрелянного была бирка номер 424. Возле другого тела тоже был найден дневник. Он принадлежал майору Адаму Сельскому. Эксперты, изучавшие полуистлевшую рукопись, утверждали, что автор написал последние слова менее чем за двадцать минут до смерти. Невозможно без содрогания читать эти строки: ". Пять часов утра: подъем в арестантском эшелоне. Готовимся к выгрузке. Поедем куда-то на машинах. Что дальше? С самого рассвета события развиваются странным образом. Отъезд в арестантской машине с крошечными, как камеры, отсеками. Ужасно. Нас привезли в какой-то лес. Место, похожее на зону отдыха. Произведен тщательный обыск. У меня забрали часы, которые показывали 6.30 утра. Приказали снять обручальное кольцо. Отобрали деньги, ремень и карманный нож". Последний земной путь пленных поляков завершился на лесистом спуске к Днепру неподалеку от Смоленска. Здесь в песчаной почве были вырыты ог- ромные ямы. По соседству высился дом, известный местному населению под безобидным названием - Малый замок. На самом деле это была летняя дача Смоленского управления НКВД. Теперь она служила штабом дня организаторов предстоящей расправы.