Если бы Блаватская родилась не

Если бы Блаватская родилась не в XIX веке (1831 —1891), а, скажем, в XV или XVI, горсть бы ей на костре как ведьме. Ее огромные голубые, будто из Атлантиды, глаза буквально горели огнем, а когда она подходила к людям, наполнялись таким необыкновенным сиянием, что многочисленные поклонники и поклонницы Блаватской, следовавшие за ней по пятам, говорили о ней скорее с ужасом, чем с восхищением. После смерти Парацельса вновь появился человек, который мог управлять стихийными духами — феями, нимфами, сильфами, саламандрами.

Госпожа Блаватская. В Индии ее срнвнивили со священным животным — бегемотомБыла зима, на дворе стоял лютый мороз — Блаватская открыла окно комнаты, выгнулась из окна, приветливо поманила — и вот, в комнату уже влетела бабочка, описала круг под потолком и затем растворилась в воздухе.Блаватская унаследовала от своих родителей поразительную способность устанавливать контакт с мирами, которые находятся вне нормального человеческого разума. Мать Блаватской, дочь русской принцессы и тайного советника, также умела заставлять духов материализовываться вблизи и много раз подвергалась процедуре изгнания дьявола. Чтобы не повторить судьбу матери, Елена Петровна Хан фон Роттснпгтайн в возрасте 17 лет вышла замуж за 60-летнего генерала Блаватского — вице-губернатора провинции Ереван на Кавказе, но затем вскоре оставила его.
Следующие 25 лет Блаватская путешествовала по всему миру, она беседовала с индийскими мудрецами, отыскивала тайны египетских пирамид, с вооруженным эскортом проникла в самое сердце Африки и даже попала в недоступный в тс времена для европейцев Тибет.
Рассказывают, что за это время она успела и выступить на арене цирка как наездница, и в мужском военном мундире сражалась в рядах итальянских партизан за освобождение Италии от французов.

Один из таинственных тибетских гуруВ 1873 году Блаватская покинула Старый Свет и покорила Новый. В Америке тех лет процветал спиритизм, так что мадам Блаватская обрела вскоре сонм поклонников. В отличие от американских медиумов, которыми управляли вызванные ими духи, Блаватская, напротив, сама контролировала духов, которых она вызывала. При этом Блаватская не зависела при вызове духов, как американские медиумы, от определеннойобстановки — она могла вызывать их когда и где хотела, при этом речь шла далеко не только о белых бабочках.Долгие годы путешествий по Старому Свету сделали из средневековой ведьмы восточную верховную жрицу.
Американские спириты мало что могли ей противопоставить, они предпочитали виться вокруг Блаватской, надеясь быть инициированными сю, причем сама Блаватская скорее предостерегала их от этого, нежели поощряла. Она предупреждала полковника Генри Стила Олкотта, с которым впоследствии основала Теософское общество: «Подумай, Генри, прежде чем бросаться очертя голову в это дело. Еще есть время одуматься. Если ты примешь письмо, которое я тебе написала, и примешь звание неофита, то тебе придется повариться, мой друг. На тебя обрушатся искушения и испытания. Подумай, что я сама семь лет билась в тенетах, пока дух мой не просветлел. На тебя обрушатся псе опасности, тебе придется вступить в борьбу со всеми воплощенными демонами и целым сонмом чертей, так что еще раз хорошенько подумай, прежде чем принять решение».

Эмблема Теософского обществаНо полковнику Олкотту больше всего на свете хотелось «свариться», чтобы уйти от скуки жизни, как поясняет биограф Блаватской Джон Саймондс.Верховная жрица стала к этому времени уже солидной дамой, на лице которой оставили следы все приключения, которые выпали на се долго. Она дымила как паровоз, к большому неудовольствию светского общества, в котором она вращалась, не отказывалась от удовольствия вызвать различные видения, накурившись гашиша, и была весьма скептически настроена как к институту брака, так и к сексу вообще. Брак делает женщин рабынями, говорила она, а что до секса, то она желала ему провалиться в тартарары и проповедовала смирение «животных желаний». Но даже критики Блаватской были заворожены взглядом се огромных голубых глаз, одна скромная американская учительница, которой довелось жить на том лес этаже, что и Блаватская, признавалась, что в се присутствии чувствовала себя, как будто рядом работала мощная дииамомашина.
К себе Блаватская относилась с большой долей самоиронии — когда она позднее как-то посетила Индию, она была приятно удивлена, что индийцы с терпением и вниманием слушали лекции «старого западного бегемота» о тайнах их собственной культуры. Иногда госпоже Блаватской не вполне удавалось сконцентрироватьсвои внутренние силы, и она давала волю своему гневу. Дважды Блаватской удалось победить смерть: она поднималась со смертного одра и вновь принималась за работу.
Она хотела создать предпосылки мировой религии, в которой нашли бы себе место все религиозные течения.Блаватская лечила больных накладыванием рук и месмеризмом (прикосновением руки).Самос большое свое сочинение «Исида без покровов» она написала в кратчайший срок в настоящем творческом порыве. В книге рассматриваются различные мировые религии, она заканчивается утверждением, что существует много путей раскрыть истину, которая лежит по ту сторону границы человеческого восприятия и ощущения. Бесконечная борьба религий друг против друга — источник однажды порожденной ошибки. Если бы удалось объединить различные системы друг с другом, тогда получившаяся в результате мировая религия представляла бы некую вечную истину. Именно этому была посвящена работа Теософского общества.
В представлениях госпожи Блаватской уже в конце XIX века проглядывается такое отношение человека к религии, которое должно было бы стать господствующим в XX веке: человек более не связан тесно с какой-либо определенной религиозной традицией, у него есть свобода изучать различные системы, предоставляя им возможность сосуществовать.
Различные религии — это еще не сама истина, а только попытка постигнуть истину.Отсюда замечательная фраза Блаватской: «Необходимо правильно воспринимать объективные факты, что бы в конце концов открыть для себя, что единственный истинный мир субъективен».